ТУШЕНКА-5. Смех и грех в “Морском Свинарнике”

Как-то раз, притомившись бегать с оголтелым визгом по селу, Маня-Колотушка и Жулька-Примус ввалились в бывший колхозный свинарник, кое-как переделанный одним приезжим спекулянтом в жалкое подобие чайной под гордой аляповатой вывеской: Ресторан “Заморский”. А поскольку из-под вывески нахально торчали полуотколупанные буквы старой надписи: Свинарник, заведение приобретало неповторимый сельскогламурный шик. 

- Шо естественно, то не стыдно! Свежий пивус! – привычно восклицал Кнуринг, хозяин сего заведения. Бывший приемщик и штампователь макулатуры, он обожал напускать на себя умный вид, а потому уродовал свой суржик иностранными окончаниями слов. В основном, это была подсмотренная им на тещиных рецептах латынь, ну и всякого другого понемножку, что попадалось на фантиках от жвачек его внуков.

Подустав от семейной затурканной жизни в городе, Вован Кнур, он же Кнуринг, решил стать первым парнем на селе, а точнее, элитусом. Ведь в городе обрюзгшего пройдоху не уважали ни на бывшей работе, ни дома. Поэтому в один прекрасный день пан Кнуринг вытряс из своих колготок, которые не решалась забросить в стирку даже его жена, по причине их непередаваемой вонючести, многолетнюю заначку, и, по наводке болтавшегося под чайной в бессознательном состоянии О’Пенькаса, подался в село открывать свой бизнес! И хотя это слово было не совсем латинским, но уже переворачивалось и бурлило в брюхе Кнуринга самыми радужными прожектами.

ТУШЕНКА-5. Смех и грех в "Морском Свинарнике" 

Ваш рабус, мадмузеля! До чего прелестен ваш шавус! – галантно дрыгнул копытцем Кнуринг, завидев в дверях парочку “посетительниц”: запыхавшуюся раскрасневшуюся тёть Маню и её Жульку-Примуса, вывалившую язык до самого полу. Молниеносно оценив обстановку, пан Кнуринг набулькал обеим какого-то пойла и расплылся в сальной ухмылке, от которой смрадно подванивало гнилыми зубами.

Не привыкшие к таким галантностям, Маня с Жулькой оторопело заглотили пойло, и, вмиг осоловевшими глазенками, уставились на благодетеля. А тот, смекнув, с какой публикой имеет дело, подпер плешью стенку и завел светский разговор:

- С кем имеет познакомить свою персону пан Кнуринг?

Заплесневевшие мозги Мани-Колотушки напряглись в попытке сообразить, что бы такое умное ответить, и, справившись с просившимся обратно пойлом, “мадмузеля” выдала:

- А я это, лоншафный дизайнер! Ик-глесиасы саджу и просапываю! – на этих словах Маня обрела уверенность и мощно налегла бюстом на прилавок. – Зовите меня просто Маня. Не люблю всякие культурные трёсмысленности. – ввернула Колотушка “умную” фразу из какого-то сериала и растеклась по табуретке. Жулька в это время чавкала рассчётливо предложенными ей Кнурингом объедками.

- Пан Вольдемар Кнуринг! Для вас: просто Влодичка. – потер липкие ручонки хозяин Свино-Морского заведения.

С тех пор и завязалась тесная и “возвышенная” дружба пана Влодички Кнуринга с Маней-Колотушкой и Жулькой-Примусом.

Каждый день скучающая парочка, убежав от буйного и грубого после дегустации тётьманиной сивухи Фрица Карлуши, заседала в “Морском Свинарнике”, как окрестило местное население “ресторан” Влодички Кнуринга, потому что пиво он разбавлял ну совершенно по-свински. А для престарелой матроны и колченогой собачонки эта забегаловка стала новым смыслом жизни и местом реализации. Как и для обрюзгшего пана Кнуринга. Только приезжий забулдыга реализовывал в “Морском Свинарнике” просроченное пиво, а бывшая дворничиха вышедшая в тираж Колотушка и Жулька: свои непомерные амбиции, на которые за пределами пивнушки плевали все кому не лень, начиная с их пока ещё дружка Фрица Карлуши.

После того, как пан Кнуринг приволок в свой “Морской Свинарник” старый телевизор и настроил там единственный пропагандистский канал, посиделки в заведении приобрели странную куртуазно-политизированную направленность. Окончательно сизая в ярких сполохах новостей физиономия тёть Мани то расплывалась в жеманстве, то угрожающе выкрикивала какие-то ругательства врагам. Жулька сразу же выскакивала из-под лавки с подобострастным тявканьем, которое и сопровождало гневные спичи дворничихи, временами даже вытягивавшей из авоськи любимую колотушку.

Время от времени в “Морской Свинарник” пана Кнуринга заглядывали и другие людишки. Например, франтовато-бомжеватый приживала сельской дурочки Маришеньки Лёлик Мурлло. Бывший пропагандист, он так и не захотел работать, а потому искал новые свежие уши для рассказов о своей гениальности. И чаще всего, кроме ушей Маришеньки, это были не столь уж свежие копчёные свиные уши, коими Лёлик неизменно закусывал морскосвинное пиво. С каждым бокалом он все больше входил в раж, все шире разводил ручонки, обозначая размер своего таланта, и все визгливее сыпал какими-то малопонятыми словами.


ТУШЕНКА-5. Смех и грех в "Морском Свинарнике"

Тёть Маня, ощущавшая себя, благодаря площади приваленного её бюстом столика, звездой заведения, относилась к парочке дурачков весьма благосклонно, изредка заговорщицки подмигивала Маришеньке подбитым Карлушей глазом, а то и хлопала в жирные ладоши, заслышав очередное косноязычие Лёлика.

Забегала сюда и бывшая почтальонша Зинка в каске. Когда-то несчастную бабу контузило тюком газет, сгруженным ей прямо на голову. С тех пор она всегда ходила в каске и рвалась с кем-то воевать. Зинка больше всего любила Жульку, потому что общались две горемыки практически на одном языке, на языке остервенелого тявканья, которому все чаще подвизгивала обслюнявленная губная гармоника нового члена Морскосвинского клуба, Фрица Карлуши.

Однажды, когда вся компания, неизменно заседавшая у Влодички Кнуринга, уже изрядно нагрузилась испорченным пойлом, появился еще один новый-старый персонаж.

Попыхивая импортным табачком “Примы-ностальгии”, с букетом обожаемых Маней-Колотушкой ик-глесиасов, в дверях заведения стоял настоящий заморский гость, старая любовь дворничихи, Митяй Гребешок собственной персоной!

Да, тот самый разбитной фарцовщик Митяй, из-за размолвки с которым дворничиха перессорилась со всем двором и выселилась в деревню. Обрюзгшие щёки тёть Мани моментально покрылись пунцовыми пятнами, а глазёнки начали наливаться ненавистью, в них явно читалась мысль: “Пусть падлюка не думает, что за какой-то вонючий веник ему простится Колотушкин позор!”

- Фас! – ткнула сальным пальцем в Митяя дворничиха, но, издавна льнувшая к этому балагуру Жулька, забилась подальше под прилавок. И тогда в бой ринулся Фриц Карлуша. С коронным криком “Бей фошыздов!” Карлуша вцепился в Митяя, и бывшие дружбаны покатились по пивной.


ТУШЕНКА-5. Смех и грех в "Морском Свинарнике"

Зинка вскочила на стол и, барабаня по своей каске, стала лихо отплясывать нечто невообразимое. Лёлик, пискнув, спрятался за Маришеньку и молился своему коммунистическому богу, вспоминая времена сокращения с идеологической работы. Маришенька визжала от щекотки, а Влодичка Кнуринг восторженно взирал на баталию. Наконец-то! Он царил над этим всем. Это его, Влодичкино, заведение “Морской Свинарник” скоро затмит Лас-Вегас, что тут говорить про какой-то райцентр!

От избытка чувств Влодичка попытался чмокнуть багровую щеку Мани-Колотушки, но булькающее в его брюхе пиво перевесило, и пан Кнуринг, обрушив на Колотушку прилавок, плюхнулся прямиком в Жулькину миску с объедками.

“Диспут” достиг апогея, когда тётя Маня-Колотушка, стряхнув с себя прилавок и нализавшегося Влодичку, грузно взобралась на стол, столкнув в неизвестность дурноватую Зинку, и запела свою любимую: “Миллион, миллион алых роооооз!” а Жулька из угла судорожно вторила хозяйке.

Из-под стола высунулась рука Митяя Гребешка, обагренная слюнями Фрица Карлуши, и попыталась возложить к тётьманиному монументу букет ик-глесиасов, но была нещадно отбита последним аргументом дворничихи колотушкой.

Так и закончилась эта куртуазно-политическая вечеринка в “Морском Свинарнике” Влодички  Кнуринга: под пьяное хрипение Фрица Карлуши, ругань избитого бабника Митяя, причитания заполошного Лёлика и визги его Маришеньки, остервенелое тявканье Зинки и Жульки, храп самого Влодички, и “Миллион алых рооооз!” тёти Мани-Колотушки. 


ТУШЕНКА-5. Смех и грех в

 

31.01.15

Автор – Cristi Neo

Поделиться в соц. сетях

Share to Google Buzz
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki